Я несчастен потому, что со мной случилось то-то и то-то. Отнюдь нет. Наоборот, я счастлив потому, что, хотя это и случилось со мной, я все же не предаюсь печали, не сломлен настоящим, не трепещу перед грядущим. Случиться ведь это могло со всяким, но не всякий остался бы чуждым печали. Разве случившееся мешает тебе быть справедливым, великодушным, благоразумным, рассудительным, острожным в суждениях, правдивым, скромным, откровенным и обладать всеми другими свойствами, в наличии которых особенность человеческой природы? Не забывай при всяком событии, повергающим тебя в печаль, опираться на основную мысль: «Не событие это является несчастьем, а способность достойно перенести его — счастьем».

«Гора-убийца» — этот дурацкий термин придумали журналисты. Горы никого не убивают и не забирают, и их нельзя покорить или бросить им вызов. Горы — это вечность.

Большие горы — другой мир: снег, лед, скалы, небо и бедный кислородом воздух. Их невозможно покорить, можно лишь на время подняться на их высоту, и за это придется платить. Это борьба не с врагом или соперником, как в спорте, но с самим собой, со своими слабостями и несовершенством. И это привлекает меня. Поэтому я хожу в горы. Каждая новая вершина не похожа на предыдущую, это новая жизнь. На вершину вступаешь, отказавшись от всего, наедине со своей душой. И этот взгляд из пустоты дает возможность оценить по-новому себя и все, что связывает нас с обычным миром.

Альпинизм — это модель жизни человека, помещенного в экстремальные условия. В этой ситуации исчезают все наслоения, все лишнее, что помогает скрывать правду. Это тяжелая работа, отсутствие комфорта и неопределенное будущее, требующее всех ваших умений. В результате человек может лучше узнать себя. Вот что мы предлагаем людям. Каждый в своей жизни задается вопросами «кто я?», «что я делаю в этом мире?». Если мы честны перед собой, альпинизм — возможность получить ответы.

Горы для меня — как храм для верующего, куда я должен ходить и осмысливать свою жизнь, очищаясь от земных грехов, тем самым стремясь к самосовершенствованию, как духовному, так и физическому. Своей чистотой, божественным величием горы несравнимы ни с чем. Для меня восхождения на вершины стали религией, они придают жизненные силы, здесь, в горах, я как-то необычно радуюсь жизни, осмысливаю прошлое, мечтаю о будущем и с особой остротой ощущаю настоящее.

Сейчас я бьюсь в первых рядах, чтобы соответствовать своим представлениям о смысле жизни. Но я один. И чувствую, что что-то упускаю. Самые тяжелые удары в этой жизни мы получаем сзади, и тут некому защитить меня.

Я вдруг осознал, что эти вызовы и эта борьбы — вот что важно. И что я с собой сражался, а не с горой. Человек в горах оказывается лишь мимоходом, они вечны, а он меняется. Пути, которые мы выбираем, зависят не от окружающей действительности, но от внутренней потребности, которая толкает нас на поиски новых свершений.

Конец одного путешествия — это начало другого, более длинного и более сложного.

Хочется верить, что мы сможем выбирать пути в жизни, которые обусловлены не экономическими трудностями и политическими передрягами. Внутренний голос призывает нас отправляться в горы, выше облаков, и прокладывать новые маршруты. Глубина неба и сияющие вершины, их величие и тайна постоянно притягивают людей, чувствующих красоту. Это всегда будет движущей силой. Горы выше повседневной суеты и обыденности, не дающих нам почувствовать жизнь во всей полноте и отвлекающих от прекрасного и вечного.

«Покорять» — это значит завоевывать. Этот неправильный термин возник при советской школе альпинизма. Покорить вершину — так же как покорить народ… Гору не нужно стремиться покорять. Можно только сравняться с ее высотой на какое-то время и спуститься живым, если повезет.